Ульяновский волонтер Рамиль Летфуллов о поездке в Якутию: «Страшное зрелище – люди, звери, птицы – все пострадали»
14:1724 Сентября 2021

В августе сводный отряд волонтеров со всей России прибыл в небольшое село Бясь-Кюель Горного района (улуса) республики Саха (Якутия). Одним из ста прошедших отбор ребят стал Рамиль Летфуллов из Ульяновска. В беседе с Media 73 доброволец, координатор ульяновского корпуса «Молодежки ОНФ» рассказал, каково было восстанавливать пострадавшее от лесных пожаров село, как команду приняли местные, и почему Якутия и Арктика ближе, чем нам кажется.

Как сложно было преодолеть 8 тысяч километров, и сколько длилась сама поездка?

– В Якутии мы пробыли, где то полторы недели – с 28 августа по 9 сентября. Из Ульяновска нас было двое – я и студент УИГА Авксентий Парфенов. Из Москвы до Якутска долетели прямым рейсом, а потом еще 6 часов ехали на автобусе, и сразу скажу, что дороги там хорошие.

Вы отправились в республику – эпицентр лесных пожаров России. По данным Greenpeace, площадь возгорания в этом году там достигла рекордной за последние 9 лет – 7 миллионов гектаров было повреждено огнем. Когда вы ощутили масштабы произошедшей трагедии?

– Холодок прошел по телу, когда выглянул из окна автобуса: вдоль дороги десятки километров выжженного леса, ужасающая картина. Ульяновские низовые возгорания – это несравнимо, там огромные черные участки и торчащие свечи из того, что осталось от сосен и лиственниц. Встречались по пути косули, бродящие по местности, тайга продолжает жить, а звери и птицы ищут новые дома.

Бясь-Куель – административный центр и единственный населённый пункт Атамайского сельского поселения, до улусного центра больше 100 километров. Проживают около 600 человек, как вас встретили местные, и что вы увидели по приезду?

– Мы разместились в палатках по 6 и 12 человек, в каждой поставили буржуйку, которой и отапливались, ночи там очень холодные. Мы поняли, что значит жить в резко континентальном климате, когда днем плюс 25, а ночью минус 10.

В селе около 80 дворов, но оно одно из самых пострадавших, больше 30 дворов сгорели дотла со всеми постройками, заборами и скотиной, люди временно живут в детском саду и интернате. Многие из жителей – носители самобытной культуры и языка. Встречали нас в национальных костюмах, приняли с недоверием, но потом удалось наладить диалог.

Вспоминая пожары, что рассказывали якуты?

– В один голос твердили, что это был ужас, показали записи на телефоне – стена огня стремительно идет на дома. Тушили и с воздуха, и с земли, пожар закончился на середине села, не сумев перейти дальше. Кому-то повезло, а кто-то остался ни с чем. Трещины в земле образовались такие, что человек помещается по колено. Погибших, как нам сказали, не было, а вот животных – диких и домашних – многих не спасли.

Что удалось сделать за время вашей смены?

– Мы разбились на группы и распределили обязанности. Занимались заготовкой дров, хотя село газифицировано, остались дома с печным отоплением. Сносили аварийные недогоревшие постройки, строили заборы. Домами, конечно, занимались подрядные организации. Мы же расчищали местность под будущие посадки леса, обрабатывали бревна.

Одна из групп взяла на себя демонтаж моста, который просел под весом пожарных машин. После инженерная бригада начала строительство нового. Волонтеры-юристы помогали якутам восстанавливать документы на потерянное имущество, была в смене и бригада волонтеров-медиков.

До зимы все дома в Бясь-Куель должны восстановить, думаю, это вполне реально, контролирует работы глава республики лично, местная администрация также на месте работает.

Знаю, что это не единственная твоя крупная поездка в августе, месяц ты начал, как это ни удивительно, с расчистки Арктики от мусора, как это было?

– С 1 по 16 число я принимал участие во Всероссийском проекте «Чистая Арктика». В Уфе была точка сбора, где все волонтеры прошли полную медицинскую комиссию. После предстоял полет до побережья Карского моря, куда осенью можно добраться только по воздуху.

Это другой мир, другая природа и разряженный воздух. Главная цель в названии – расчистить местность от следов пребывания нерадивых добытчиков, которые после истощения месторождений просто бросали все вещи и технику и уходили. Силами двух групп мы освободили около 6 гектаров земли, собрали 65 тонн металлолома, несколько десятков кубометров горючих отходов. Все это отправили на переработку.

Сделаны только первые шаги начального этапа проекта, и работы там хватит на всех. На месте пострадавших территорий расстелили газон, он прорастет уже к следующему лету.

Когда предложили поехать, сомневался?

– Нет, если нужна помощь, и мы можем поехать, то надо собирать чемодан, сомнений никаких не было. Немного сдерживала только разлука с дочерью, ей в октябре будет 2 года.

Какие горизонты впереди?

–Основной род занятий я сейчас связываю с «Молодежкой ОНФ», хочу уделять больше времени вовлечению людей в общественную и добровольческую среду, сейчас активных ребят в команде около 30. Хочу убедить, что нам не стоит сидеть и ждать чудес, а путем создания и участия в событиях менять окружающий нас мир в лучшую сторону. Если нам удастся пробудить в молодежи желание быть ответственными за себя, свою улицу, двор, область и страну, то жизнь наладится. Готовим несколько встреч со студентами, чтобы рассказать им о наших проектах.

За время своего волонтерства я объездил половину России, включая Крым и Севастополь, но августовские экспедиции, без сомнения, самые запоминающиеся, яркие и самобытные. Быть добровольцем – значит расширять границы и открывать для себя ранее неизведанные места, помогая другим, и это, по-настоящему, здорово.

Алёна Миронова