Ульяновск, -1°C
0 Р
0 Р
Победное восхождение: ульяновские альпинисты отпраздновали День победы на Эльбрусе
11:3519 Мая 2015

10 мая группа из семи альпинистов выдвинулась на вершину Эльбруса. Маршрут стандартный, зато цель не совсем обычная – команда из ульяновских, санкт-петербургских и британских восходителей приурочила экспедицию ко Дню Победы. Эльбрус не расщедрился на погоду. В итоге до вершины добрались лишь двое: Дмитрий Фёдоров, главный эколог Ульяновской области, и его давний товарищ, известный ульяновский альпинист Сергей Косинский.

По возвращении домой Дмитрий Фёдоров не только рассказал нам о Победном восхождении, но и поделился опытом прошлых достижений. Честно говоря, после таких бесед хочется схватить ледоруб, одеться потеплее и бегом в гору. Вот только покорится ли она при таком подходе?..

– Здравствуйте, Дмитрий. Это был не первый и не второй раз, когда вы стояли на вершине Эльбруса. Но последнее восхождение всё-таки было особенным, если позволите, даже символическим. В чём суть задумки и как возникла идея?

– Мы с моим другом Сергеем Косинским, с которым мы часто обсуждаем возможность выезда в те или иные регионы, где есть определённые горные системы, красивые высокие горы, встретились после нового года и начали обсуждать варианты восхождения в майские праздники.

Изначально зародилась идея сходить на Эльбрус. Опыт подобных восхождений в летние месяцы, когда он более комфортный, более тёплый, у нас уже имелась.

Затем мы встретились с руководителем попечительского совета Русского географического общества Игорем Егоровым, где я поделился нашей идеей. Мы хотели идти 1 мая, но Игорь Игоревич предложил сместить акцент и спланировать восхождение ульяновских альпинистов 9 мая, приурочив его к 70-летию Победы и особо отметив роль двух уроженцев симбирской земли: Ивана Тюленева, генерала армии, в годы Великой Отечественной войны, командующего Закавказским фронтом, и Павла Бодина, генерал-лейтенанта, который руководил штабом Закавказского фронта и там же погиб в 1942 году.

– Звучит многообещающе…

– Нам эта идея понравилась гораздо больше первоначальной. Стали готовиться к 9 мая, чтобы съездить в посёлок Терскол и не только зайти на гору, но и посетить памятные места, связанные с боями в Приэльбрусье. Эти мотивы сплотили большее количество людей. Изначально планировали поехать втроём, но в итоге количество энтузиастов выросло до 11 человек, включая двух английских альпинистов: Стюарта Томсона и Химену Орана.

– Даже иностранцы присоединились! Они тоже прониклись идеей восхождения в честь Великой Победы? Как вы вышли друг на друга?

– На англичан вышли достаточно интересно. Они искали партнёров для восхождения на Эльбрус в апреле. Каким-то образом они получили информацию о том, что группа планирует восхождение в мае. Мы со Стюартом вели переписку, он сказал: «Мы ведь союзники, союзники должны вместе осуществить такую идею».

К нам также присоединились два альпиниста из Санкт-Петербурга: Данил и Наталья Шуваловы. С ними мы в своё время совершали восхождение и знали их как сильных альпинистов.

– Состав определился. Перейдём непосредственно к горной составляющей…

– Восхождению на Эльбрус предшествовала акклиматизация, скальные ледовые тренировки, которые мы совершили в ущелье Адыл-Су, в скальной лаборатории. После этого мы поднялись на перевал ВЦСПС, где провели три ночи на высоте 3 600 метров. С перевала совершили восхождение по новому маршруту на пик Курмутау. Зашли со второй попытки, погода не баловала. Первую попытку совершили 4 мая – попали в сильный буран с видимостью до 10-15 метров.

Вторая попытка на следующий день начиналась комфортно, но к тому моменту, как мы подошли к началу маршрута скальной части, погода испортилась. Мы шли связкой, и вместо того, чтобы взять левее, повернули сильно вправо и влезли в достаточно сложный скальный участок, который мы потом в течение часа преодолевали. Но в итоге получилось, что мы совершили восхождение на Курмутау по нестандартному, более сложному маршруту.

На вершине мы подняли флаг Победы, а англичане держали с другой стороны как союзники.

– Итак, мы подошли к «гвоздю программы» – к Эльбрусу. С чего началось восхождение?

– Из ущелья Адыл-Су мы всей группой переехали к Эльбрусу на поляну Азау. 8 мая поднялись на высоту 4 600 метров район скал Пастухова. Была классическая эльбрусовская погода: сильный ветер, налипающий снег. Прогноз погоды говорил, что 9 мая будет то же самое. Мы отложили попытку восхождения на 10-е число.

10 мая в 2 ночи семь человек подъём начали со скал Пастухова. К четырём утра мы дошли до начала так называемой «косой полки». В темноте я лидировал, задавал темп. Мы шли вместе с небольшой московской группой из 4 человек впереди всех восходителей. В темноте было хорошо видно эту вереницу огоньков до станции «Мир» («Мир» – верхняя станция канатной дороги на высоте 3 500 метров над уровнем моря).

– Эльбрус продолжал «огрызаться»?

– В начале «косой полки» Эльбрус встретил традиционным ветром в лицо и морозом. В тот день по прогнозу было 24 градуса ниже нуля с ветром 60 километров в час, что составляло примерно 35 градусов мороза.

Через 100 метров по вертикали произошла первая авария. Химена Орана почувствовала себя крайне плохо. Ей сделали инъекции лекарственных препаратов, чтобы повысить тонус. Это не помогло, через полчаса ей стало ещё хуже. Тогда по согласованию со Стюартом было принято решение о том, чтобы их двойка покинула группу и начала спуск вниз

– Осталось пятеро…

– Ближе к концу «косой полки» на высоте примерно 5 300 метров стало плохо сразу двум участникам. Было принято тяжёлое для меня как капитана команды решение – отправить вниз сразу троих: больных и сопровождающего.

Мы остались вдвоём с Сергеем Косинским, продолжили восхождение и взошли на западную вершину (Западная вершина Эльбруса – 5 642 метра над уровнем моря).

– Беспокоились за остальных членов команды?

– На спуске у нас было окно «вакуума» – отсутствовала связь. Это причиняло сильное беспокойство.

С одной стороны Эльбрус – не очень высокая гора. Но погодные условия были сложные.

Кроме того, «косая полка» – это склон крутизной 45 градусов, который ты по диагонали пересекаешь, немного набирая высоту. Поверхность обледенелая, накатанная ветрами. У тебя одна точка опоры – ледоруб. В случае срыва нужно остановиться сразу, если не получилось, уйдёшь в так называемый эльбрусский трупосборник – лететь 500-600 метров вниз, где идёт разворот, который упирается в скалы. Шансов спастись практически нет, скорость набирается огромная.

– В новостях говорили об альпинисте, разбившемся на Эльбрусе в начале мая.

– Буквально перед нами там разбился российский альпинист, и двое также сорвались и получили тяжёлые увечья, их вертолётом эвакуировали и отвезли в Нальчик.

В конце «косой полки» пришло сообщение о том, что связь появилась. Позвонил ребятам и от души отлегло – они все спустились до станции Гара-Баши, помогли друг другу, оказали первую медицинскую помощь, взбодрились и ожидают нашего прибытия (Гара-Баши, или «Бочки» – промежуточный лагерь на высоте 3 800 метров).

– Одним восхождением программа не ограничивалась?

– Посетили обелиск Памяти погибших защитников Эльбруса, установленный на станции «Мир». Спустились в посёлок Терскол, посетили Памятник воинам-освободителям Приэльбрусья. Установили там два портрета генералов, запечатлели себя на фоне портретов, после чего позвонили в администрацию посёлка и попросили, чтобы по завершению праздников эти портреты попали в музей альпинизма Терскола.


– И всё же почему такое символичное восхождение было предпринято именно на Эльбрус?

– Я всегда с благоговением смотрю на этого великана, несмотря на то, что стоял не раз на его вершине. Видишь его и понимаешь, что здесь будешь бороться до конца. Бегом туда ещё никто не забежал, и вряд ли такой будет герой, который сможет так легко относиться к этой горе.

– Как вы пришли к альпинизму? Когда зародилась любовь к горам?

– С детства бывал в предгорьях, родители вывозили на летние каникулы, на Кавказ в том числе. Я видел в заоблачных далях сияющие хрустальные пики. Они были очень далеко.

В 1991 году с отцом я попал с экскурсией на Эльбрус. Мы приехали в санаторно-курортном одеянии: летние брюки, футболка. Когда сели на подъёмники внизу было плюс 20. На второй очереди был уже ноль, а когда сели на «креселку» и поднялись на Гара-Баши, там было уже 3-5 градусов ниже нуля. Как же так? Как географ я понимал: высотная поясность, всё такое, но всё же… И даже тогда пики были вроде бы рядом, но всё равно недостижимы.

В 1999 году по воле случая у меня случилась небольшая биологическая экспедиция в горы Кавказа. Обследуя верховья реки Туапсе, мы были недалеко от горы Фишт – самого северо-западного пика Кавказа. Никакого снаряжения у нас не было, зато было желание куда-то залезть, которое мы тогда исполнили. Когда первый раз прошли от подножья до вершины и увидели эти красоты и перспективы, тогда горы и запали в душу. Я для себя где-то внутри, ещё не осознавая до конца, понял, что альпинизм будет в моей жизни.

– Какая была ваша первая настоящая гора?

– Первым был Эльбрус. В 2003 году я уже специально поехал туда. Там я встретил одного из сильнейших альпинистов России – Евгения Луковкина из Санкт-Петербурга. Он планировал совершить восхождение на Эльбрус и предложил составить им с сыном компанию, которое я с радостью принял.

Евгений много мне тогда рассказал о высотной акклиматизации, о принципах подбора снаряжения, питании в горах.

– В этот раз вы тоже ходили с сыном.

– Я крайне рад тому, что мой сын приобщается к семейному занятию. Моя супруга тоже давно занимается альпинизмом.

Когда 2 года назад он жаловался на то, что у него нет прогресса в подтягивании, я говорил, что нужно полюбить скалы. Он приводил мне аргументы, что в школе не модно быть спортивным, мол, спортсмены – это жлобы, которые наращивают мышцы. Я говорил, что это не так, спортивным нужно быть для себя. Сейчас он спокойно подтягивается 20 раз, может пробежать 3 километра и не сбить дыхание. Я понимаю, что он на правильном пути и правильно расставил приоритеты. Физическая подготовка для мужчины должна идти впереди многих вещей.

И в этот раз было крайне приятно, что вместе со мной поднимался сын. Не сдюжил и достойно прошёл наравне с взрослыми мужиками.

– Припомните своё самое сложное восхождение.

– Самое сложное – это прошлогоднее восхождение на Матерхорн в Альпах: крайне сложная вершина, не балующая погодой.

Было восхождение вдвоём с супругой на Монблан – высшую точку Альп в 2009 году. Очень интересная, своеобразная гора, ничем не легче Эльбруса. Очень длинный маршрут. И тоже огромный ледник: Эльбрус 90 квадратных километров льда, а Монблан – ещё больше.

– Вот слушаешь вас, и хочется уже куда-нибудь вскарабкаться! Но ведь так не получится. С чего начать?

– Начинать надо с банальной спортивной подготовки. Нужно отказаться от вредных привычек: ни алкоголь, ни табак несовместимы с альпинизмом. Постепенно увеличивая нагрузки, нужно набрать определённую физическую форму. Хорошим подспорьем летом может стать велосипед, а зимой лыжи – великолепное средство для физподготовки. Это не значит, что надо крутить круги в парке по ровной поверхности, нужно выезжать за город, на пересечённую местность, прокладывать лыжню.

Постепенно начинать закаляться. Зимой до минус десяти отказаться от перчаток, чтобы кисти привыкали к холоду. Затем постепенно отказаться от шарфа, перестать себя кутать. Результаты будут даже в первую зиму. Мои старые знакомые альпинисты уже давно ходят в самые лютые морозы без перчаток, не мёрзнут, у них никогда нет ангины, даже банального насморка нет.

– Побегали, набрали форму, уже хочется в горы…

– Первое, что нужно – это найти команду, которая пойдёт на прохождение начальной стадии альпинистской подготовки. Учебно-тренировочные сборы проводят коллеги из Казани, Самары, очень мощная группа в Екатеринбурге.

К сожалению, в Ульяновске нет такой секции, которая осуществляла бы регулярные выезды в горы для повышения спортивного мастерства.

Но у нас есть два скалодрома. Их я рекомендую посещать в зимнее время, там можно отточить навык работы с верёвкой, навык страховки партнёра.

Мастерство нужно наращивать постепенно. Не надо в первый год покорять Эльбрус. У кого-то это получится, у кого-то нет – и тогда может наступить разочарование. Я бы рекомендовал в первый год провести в альпшколе. Есть два великолепных альплагеря в Фанских горах в Таджикистане по вполне приемлемым ценам. Есть лагеря на территории Казахстана  на Тянь-Шане буквально в окрестностях Алма Аты.

«Гор ходить-не исходить, – говорит Дмитрий Фёдоров. – Есть тысячи вершин, на которые ещё не ступала нога человека. Возможности для самопознания безграничны». Уже в этом году Дмитрий Фёдоров готовится взойти на Казбек, а на следующий год планирует вернуться в Альпы для восхождения Монте-Роза. «На очень высокие горы не смотрю, – говорит Дмитрий Фёдоров. – Я видел ребят, которые заходили на Эверест, заходили на К2. Я вижу, сколько времени они отдают альпинизму. И здесь нужно выбирать: либо ты отдаёшь этому всё своё время, либо расставляешь приоритеты как-то иначе».

Дмитрий Фёдоров показывает на телефоне фото пейзажей неописуемой красоты – и возникает жгучее желание бросить всё и рвануть туда – перезимовать лето.


Алексей Хорошилов